В фокусе

Студентка из Афганистана: Я почувствовала, что превращаюсь в рабыню

5220

За 20 лет пребывания в Афганистане войск международной антитеррористической коалиции число женщин на государственной службе в этой стране выросло с примерно нуля до 1/3 работников. Более 30% учащихся в Кабульском университете составляли женщины. Теперь эти достижения будут снова сведены на нет. Британская газета Guardian опубликовала монолог 24-летней студентки из захваченной талибами (признаны в России террористической организацией) столицы Афганистана. Мы перевели на русский язык это пронзительное cсвидетельст о происходящей на наших глазах гуманитарной катастрофы.

Рано утром в воскресенье я шла в университет на занятия, когда из женского общежития выбежало несколько женщин. Я спросила, что случилось, и одна из них сказала мне, что полиция их эвакуирует, потому что талибы прибыли в Кабул, и они будут избивать женщин, у которых нет паранджи.

Мы все хотели вернуться домой, но не могли пользоваться общественным транспортом. Водители не пускали нас в свои машины, потому что не хотели брать на себя ответственность за перевозку женщины. Ещё хуже было тем женщинам из общежития, которые приехали из других городов: они были напуганы и не понимали, куда им идти.

Между тем, стоявшие вокруг мужчины смеялись над девушками и женщинами, смеялись над нашим ужасом. «Иди и надень свою чадари [паранджу]», — крикнул один из них. «Это ваши последние дни на улице», — сказал другой. «Я женюсь на четверых из вас за один день», — сказал третий.

Когда государственные учреждения закрылись, моя сестра пробежала много миль по городу, чтобы добраться домой. «Я с большой болью выключила компьютер, который помогал моему народу в течение четырёх лет», — сказала она. «Я вышла из-за стола и со слезами на глазах попрощалась с коллегами. Я знала, что это мой последний рабочий день».

Сама я почти получила дипломы двух лучших университетов Афганистана. Я должна была окончить в ноябре Американский университет Афганистана и Кабульский университет, но сегодня утром всё это развеялось на моих глазах.

Я работала столько дней и ночей, чтобы стать тем, кем являюсь сейчас, и сегодня утром, когда я вернулась домой, первое, что мы с сестрами сделали, это спрятали свои удостоверения личности, дипломы и сертификаты. Это было ужасно. Почему мы должны скрывать то, чем должны гордиться? Сейчас в Афганистане нам не разрешают быть такими, какие мы есть.

Как женщина, я чувствую себя жертвой этой войны, которую развязали мужчины. Я чувствую, что больше не могу громко смеяться, я больше не могу слушать свои любимые песни, я больше не могу встречаться с друзьями в нашем любимом кафе, я больше не могу носить свое любимое желтое платье или розовую помаду. И я больше не могу пойти на работу или получить университетскую степень, ради которой я трудилась годами.

Я любила красить ногти. Сегодня, возвращаясь домой, я заглянула в салон красоты, куда раньше ходила делать маникюр. Фасад, украшенный фотографиями красивых девушек, был закрашен за ночь.

Команда девушек из Афганистана на соревнованиях по роботехнике в Вашингтоне, 2017 год

Всё, что я могу видеть вокруг себя, — это встревоженные, полные страха лица женщин и уродливые лица мужчин, ненавидящих женщин, не желающих, чтобы женщины получали образование, работали и имели свободу. Самое разрушительное для меня — это те, кто выглядит счастливым и высмеивает женщин. Вместо того, чтобы поддержать нас, они приветствуют талибов и вручают им власть.

Афганские женщины многим пожертвовали ради той небольшой свободы, которую они имели. В детстве я ткала ковры, чтобы получить образование. Я сталкивалась с множеством финансовых проблем, но у меня было много планов на будущее. Я не ожидала, что всё так закончится.

Теперь, похоже, мне нужно сжечь всё, чего я достигла за 24 года своей жизни. Иметь студенческий билет или награды Американского университета сейчас рискованно; даже если мы сохраним их — не сможем использовать. В Афганистане для нас нет работы.

Когда провинции рушились одна за другой, я думала о своих прекрасных девичьих мечтах. Мы с сестрами не могли спать всю ночь, вспоминая истории, которые мама рассказывала нам об эпохе правления Талибана и о том, как они обращались с женщинами.

Я не ожидала, что мы снова будем лишены всех наших основных прав и вернемся на 20 лет назад. Что после 20 лет борьбы за свои права и свободы мы должны искать паранджу и прятать свою идентичность.

В течение последних месяцев, когда талибы установили контроль над провинциями, сотни людей покинули свои дома и приехали в Кабул, чтобы спасти своих дочерей и жен. Они живут в парках или на открытом воздухе. Я была в группе студентов Американского университета, которые пытались помогать им, собирая и раздавая им пожертвования наличными, едой, предметами первой необходимости.

Я не могла сдержать слёз, когда слышала рассказы некоторых семей. Один из них потерял сына на войне, и у него не было денег, чтобы заплатить за проезд в такси до Кабула, поэтому они отдали свою невестку в обмен на транспорт. Как ценность женщины может быть равна стоимости поездки?

Затем сегодня, когда я услышала, что талибы достигли Кабула, я почувствовала, что превращаюсь в рабыню. Они могут распоряжаться моей жизнью, как захотят.

Еще я преподавала в центре изучения английского языка. Мне невыносимо думать, что я больше не смогу стоять перед классом и учить их алфавиту. Каждый раз, когда я вспоминаю, что мои прекрасные маленькие ученицы должны прекратить учёбу и остаться дома, у меня текут слёзы.

Перевод: Александр Гнездилов
Оригинал: The Guardian