Развилки

Валерия Новодворская: «в России нельзя выпускать вожжи из рук»

771

В январе 1994 года началу работу Государственная Дума I (или, считая с дореволюционными V) созыва. Её избрали по только что принятой 12 декабря 1993 года Конституции России. Но не все в либеральном лагере восприняли новую страницу в истории российского парламентаризма с надеждой. Ведь на выборах первое место заняла ЛДПР Владимира Жириновского, а третьей оказалась КПРФ Геннадия Зюганова. Поэтому Валерия Новодворская (1950-2014) в своей статье «Ну что тебе сказать за плюрализм», опубликованной в журнале «Столица», призывала президента Ельцина отменить созыв Государственной Думы. «Бремя власти ложится на президентские усталые плечи, А мы должны убрать все возражения, все амортизаторы, все тормоза» — писала Валерия Ильинична. Печальный парадокс оказался в том, что наибольшая угроза демократии крылась не в красно-коричневых фракциях Думы, а в окружении самого Ельцина. Это показал дальнейший ход истории. Придя к власти через несколько лет, преемник Ельцина воплотил заветы Валерии Ильиничны в жизнь: все возражения, амортизаторы и тормоза были устранены, а бремя власти третье десятилетие лежит на одних и тех же президентских плечах.

Правда, курс этот оказался вовсе не таким, как мечталось Новодворской и её соратникам. Но ведь они сами сражались за усиление фигуры президента и за ослабление парламента и судов такими статьями, как эта. В итоге, сильных противовесов подполковнику КГБ в 2000-е в государственной системе просто не оказалось, а протестующих на улице избивает и бросает в кутузку та самая Национальная гвардия, к созданию которой Новодворская призывает в этой статье.

Как писал Полибий, «всякая форма правления может идти к упадку двояким путем, так как порча или проникает в нее извне, или зарождается в ней самой». В случае России 90-х, эта зародившаяся изнутри порча — страх чужой свободы, чужого, несимпатичного тебе выбора, понимание демократии как власти демократов, убеждённость в необходимость реформ любой ценой, готовность железной рукой загнать народ к предполагаемому счастью.

Интересно, что этот феномен авторитарных тенденций у вчерашних борцов с социализмом — вовсе не чисто российский. И в Центральной Европе угроза судебной системе, независимости СМИ и гражданским правам исходит в наши дни не от левых. Виктор Орбан в Венгрии и Ярослав Качиньский в Польше были в конце 1980-х активными участниками освобождения своих стран от коммунистических режимов.

Публикуемый текст Валерии Новодворской — образец трагического заблуждения человека безусловно смелого и искреннего, многим пожертвовавшего в своей борьбе с советским режимом. Её статья напоминает нам сегодня, в начале 2020-х, что не бывает хороших вождей, а политическая свобода, строительство демократических институтов, разделение властей гораздо надёжнее ведут к демократии, чем упования на «правильного» вождя и «просвещённый авторитаризм». Хороших диктатур не бывает.


Ну что тебе сказать за плюрализм?

Чертог сиял. Зал КДС был заставлен столами, где на белоснежном камчатом полотне красовались разные деликатесы и замысловатые бутылки. Во главе чертога сидели марьяжные короли: Жириновский и Зюганов. Они были элегантны и пьяны. Их можно было понять: с экранов компьютеров им шла крупная карта и, главное, светила госпожа Удача.

Какая перемена! Еще вчера они были побеждены силой воли и оружия тех, кого мысленно уже видели на виселицах, ещё вчера они мечтали не о местах в парламенте, а о том, как бы забраться подальше в какой-нибудь заливский шалаш, еще вчера в дыму и пламени, под грохот танковых орудий, они, великие ненавистники Запада, готовы были умолять о защите всегда отрицаемое ими «мировое общественное мнение» и бежать в любое посольство. Еще вчера г-н Жириновский был так испуган, что одобрил разгром своих единомышленников и вставал навытяжку перед президентом России, щелкая каблуками присланных Саддамом Хусейном сапог и склоняя буйную голову, а г-н Зюганов не смел возразить ничего на указ, запрещающий его партию и его газеты.

Но феноменальная глупость демократов, допустивших своих непримиримых, жаждующих мщения, недобитых врагов на экраны, на радио, на выборы, враз изменила декорации и сделала победителей побежденными, ибо во время гражданской войны они захотели действовать по законам гражданского мира.

Марьяжных королей можно было понять. Яго никогда не победил бы Отелло в честном бою. И вот нам подкинули отравленный платок — демократию для всех, в том числе и для врагов демократии. И мы клюнули на это. Представляете себе в финале «Белорусского вокзала» в той военной песне после слов: «Горит и кружится планета, над нашей Родиною дым…» — такой текст «А нынче нам нужна демократия»? Когда нужна победа! и только победа! И не стоять за ценой. Поражение в войнах с фашизмом и коммунизмом обходится дороже. Все миллионы уже подсчитаны историками. Демократия хороша вовремя и к месту. Когда на вас бросается убийца с топором, вы реагируете по законам демократии или по законам самозащиты?

Еще никто, кроме нас, не догадывался приглашать бандитов на свободные выборы, и пусть избиратели решают, убивать бандитам нас или не убивать. Немцы в 1933 году не знали. Русские в 1917 году тоже на знали. А мы что, белены объелись? Если фашизм и коммунизм легальны и санкционированы, то избиратели проголосуют за них из одного страха. Раз демократы не умеют защитить сами себя, то где же гарантия, что они защитят избирателей? «Выбор России» обязан был править, а не становиться из партии правительства клубом самоубийц.

В России нельзя выпускать вожжи из рук, в России никого нельзя будить без уверенности, что вы сможете контролировать силы Мрака, которые в ней таятся. Это вам не старик Хоттабыч, чтобы сказать «Приказывай, о Борис ибн Николаевич». Россия — это такой джинн, который подчиняется только сильнейшему. Россия — кровный и строптивый скакун. Если мы сейчас окажемся слабыми, то она сбросит нас, как уже сбросила плаксивое и бессильное Временное правительство, и Конституцию положат на наш хладный труп, как надгробный венок.

Милюкова и Керенского я почитаю за преступников. Они погубили Россию своей никчемностью, своим либеральным трёпом, своим неумением договориться с Корниловым, своим нежеланием покончить вовремя с большевиками, пока те ими вплотную не занялись, своим позорным бегством за бугор. Доживая до глубокой старости в благополучном Париже, не видели ли они во сне тех, кого вешали, жгли, резали на куски в России, погубленной ее болтливыми, прекраснодушными и трусливыми интеллигентами?

Я принадлежу к этой почтенной социальной прослойке по своему происхождению, воспитанию и образованию, но не разделяю ни ее образа мыслей, ни том более образа действий. И я надеюсь, что наш президент — тоже не интеллигент и что сейчас он не перечитывает Чехова и не слушает слюнтяев из своего окружения, которые собираются останавливать фашистов комитетами, конгрессами и бумажными резолюциями, а подсчитывает, сколько у него верных войск, на которые он мог бы положиться после издания Указа 1401.

Интересно, зачем мы в «Выборе России» взяли себе эмблемой Петра? Он что, перед реформами выборы проводил и интересовался мнением народным? Он укротил мустанга — Россию — и подавил стрелецкие бунты, и прорубил окно в Европу, и построил нам Петербург. Большое дело. Большая цена. Большая кровь. И иначе не было бы ничего: ни Екатерины, ни Александра-Освободителя. Николай II оказался слабым. Его сбросило. Если бы был жив Петр Аркадьевич Столыпин, большевикам ничего бы не светило, кроме Полярной звезды в Восточной Сибири. Развернуть Россию — это посложней, чем остановить тот самый паровоз, всё ещё летящий в Коммуну, на полном ходу. Вы хотите это сделать словами?

Я понимаю, что праздновали в КДС Жириновский и Зюганов. А вот сидевшие за столами демократы, которых завтра потащат в камеры пыток, в душегубки, на эшафот, будут сжигать в паровозных топках и распинать на трехцветных знаменах, — они-то что праздновали и за что пили? Зачем они сели за общий стол с фашистами и коммунистами? Им никогда не говорили, что тот, кто протягивает врагу руку, — протянет ноги? И ни один ведь не вскочил, не разбил бокал, не выбежал с этого позорища, не отказался присутствовать на собственных похоронах.

«Блажен муж. который не идет на совет нечестивых, не стоит на пути грешников и не сидит в собрании развратителей», Видя кушающих на своих поминках демократов, я увидела толпы людей, дисциплинированно, колоннами, следующих в гетто, в газовые камеры, в Бабий Яр. Может быть, и они читали, что сопротивляться недемократично? Что это будет противоречить воле народа и результатам голосования? Или когда антифашистские комитеты и резолюции не помогли, оказалось, что ничего другого они делать не умеют?

Александр Иванов, еще до итогов, сказал: «Будь что будет, только бы не было гражданской войны». Ну что ж, будет мир: в нашем доме будет играть музыка, а мы ее не услышим. Расстрел вместо гражданской войны — это устроит Александра Иванова?

Еще не поздно. Эта Дума собраться не должна. Статья 13, п.5 Конституции — и президент пишет Указ о запрете коммунистических и фашистских организаций и их деятельности. Суда у нас нет. На нет и суда нет! Какой там суд, если зорькинский ареопаг пришлось распускать, а остальные суды гэкачепистов освобождают и «Совраску» открыли?

Еще недавно эти же судьи судили нас, диссидентов. Они еще не научились судить коммунистов. А есть у нас президент. И, надеюсь, воля. И мы должны сейчас жить по формуле: «Один за всех, а все — за одного». Бремя власти ложится на президентские усталые плечи, А мы должны убрать все возражения, все амортизаторы, все тормоза. Это, как сказал Есенин, «не тяжелее, чем хруст ломаемых в теле костей».

Сук мы спилили, Мы свалились. Фейсом о тейбл. Времени для иллюзий уже нет. У нас будет или просвещенный авторитаризм Ельцина, Гайдара и демократов, которые гарантируют врагам жизнь, свободу и собственность (если те брать Кремль штурмом не пойдут), или нас ожидает непросвещённый красно-коричневый фашизм, изысканное сочетание социалистической экономики и фашистской политики. А здесь гарантируется только одно: медленная и мучительная смерть. Вот выбор для вас и для России. Я не уверена в том, что Кантемировская дивизия голосовала за Жириновского, но она за него проголосует и не бюллетенями, а гусеницами, если увидит, что мы собираемся противопоставить красно-коричневым не пушки, а музы. Мы должны сейчас показать, что в этой стране хозяин наш президент, если уж ей так хочется иметь хозяина. Иначе хозяином в ней будет фашист, черный или красный. Россия, наконец, поняла, чего от неё хотят демократы: свободы, ответственности, силы, зрелости, умения добывать себе корм, платы по 76-летним векселям. Откуда это взять злобным и инфантильным совкам?

Не обольщайтесь тем, что это ваши соседи. Немецкие соседи жили рядом с концлагерями и писали доносы в гестапо. И завоевывали Гитлеру Европу. Советские соседи доносили в КГБ, подписывали письма против Сахарова, требовали «расстрелять, как бешеных псов». Это оборотни. В Приднестровье женский (!) забастовочный комитет требует немедленного расстрела Илие Илашку. А вы про то, что Жириновский себя разоблачит сам… Лукьянов, Стародубцев, Бабурин, Невзоров, коммунисты себя разоблачали как могли. А за них проголосовали! У совка и нормального человека разное представление о буке.

Не бросайте Россию псам и не давайте демократию свиньям. Это советовал Христос. И не уповайте на агитацию. В Германии, что ли, некому было против фашизма, агитировать? Мы что, умнее Томаса Манна, Фейхтвангера и Нильса Бора? Христос не смог ничего толпе доказать, и она кричала: «Распни его!» Не посылайте Россию на Голгофу. Против нас идет не Люцифер, а очень мелкий бес. Зюганов — не Ленин, Анпилов — не Троцкий, Жириновский — не Чингисхан. Но ведь и Гитлер был недоучкой, ничтожеством, бездарью. Европа покорилась ефрейтору. Мы должны всего-навсего сказать врагам: «Тень, знай свое место». Причем на том единственном наречии, которое они понимают: на языке власти и силы. Страшно не умереть, страшно оставить Россию в их руках. Лучше уж приколотить к обломку мачты трехцветное знамя и пустить ее ко дну. «Врагу не сдается наш гордый «Варяг», пощады никто не желает!»

И не позорьте себя разговорами о союзе с коммунистами против Жириновского и наоборот. Ни те ни эти пленных не берут. И если мы научились за два года «штопать паруса и затыкать пробоины телами», то еще не вечер. Надо не лить бесполезные слезы, а Национальную гвардию создавать с танками и авиацией, и добить, наконец, гадину, и раскидать по кирпичику Лубянку.

Вы ждали часа Рагнаради? Вы пустили на выборы злого волка Фенрира? Теперь держитесь и победите, или падите с честью, или идите без чести на виселицы, осыпаемые насмешками врагов. Ненасилие в данной ситуации — бессилье. Не будьте лапшой, а то её из вас понаделают.

Но что это я ни разу в целой статье не упомянула про плюрализм? Да это просто неприлично по нынешним временам! Ну что ж, давайте поговорим за плюрализм. Вам что больше нравится: газовая камера или крематорий?

Валерия Новодворская, журнал «Столица», 1993